В конце минувшего года в Росатоме было создано управление защиты активов. Его сотрудники, в основном выходцы из правоохранительных органов, поддерживают экономическую безопасность в отрасли, охраняют коммерческую тайну и ведут борьбу с коррупцией в госкорпорации.Один из важных показателей работы управления возмещённый Росатому ущерб от действий тех или иных лиц. Только по итогам первого полугодия 2011 года речь идёт о сумме порядка 4,5 млрд рублей. Собранные специалистами по защите активов госкорпорации материалы, в том числе, передаются и в правоохранительные органы. О том, как устроена эта система, мы побеседовали с начальником управления защиты активов Росатома Виктором Братановым. Подразделение создано недавно и сейчас находится на стадии активного развития. Перед нами сегодня стоит достаточно большой спектр задач, причём их становится всё больше, ведь жизнь меняется, и надо отвечать на новые вызовы.В первую очередь надо разобраться с тем, что было, проанализировать то, что есть, навести порядок там, где это возможно. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Потому что времени очень мало, нельзя давать коррупции разрастаться дальше, распространять метастазы. Мы должны скорейшими действиями в этом году создать мощную основу для системной работы. Не случайно генеральный директор Росатома объявил, что 2011 год в госкорпорации это, в том числе, и год борьбы с коррупцией.Не менее важная задача, которую нужно решать параллельно, создание реально действующей системы профилактики коррупции. И лучший способ предупреждения, на мой взгляд, когда мы хватаем коррупционера за руку и объявляем об этом. И каких результатов уже удалось достичь? Очень важно, что в этом году к нам обращается всё больше и больше людей, причём подавляющее большинство не анонимно. Это дорогого стоит, и вот, пожалуй, один из показателей того, что мы идём в правильном направлении. Конечно, есть сбои. Поступают анонимки, за которыми стоит личная неприязнь. А в отношении части сотрудников, которые открыто высказали свою позицию, сообщили о каком-то злоупотреблении, приходится принимать меры по защите. Потому что некоторые руководители на местах, желая поквитаться, включают административный ресурс, вплоть до угрозы увольнения.Надо продолжать заниматься юридическим просвещением работников Росатома. К такому решению мы пришли, анализируя информацию, которая к нам поступает по разным каналам. Люди не всегда понимают, что является коррупцией, а что нет и какие последствия могут быть в результате тех или иных действий. В основе коррупции всегда лежит конфликт интересов, личностных, межличностных или групповых. Важен при этом не сам конфликт, а скорее то направление, в котором он развивается, и его влияние на госкорпорацию. Если наносится ущерб, то тут есть признак коррупции. Можете привести статистику по количеству выявленных фактов коррупции? Прежде всего хочу сказать, что у нас нет плана поймать сегодня 10 человек, завтра 12. Палочная система тут не работает. Тем не менее если говорить о конкретных фактах, то за этот год девять материалов мы направили в правоохранительные органы. По ним возбуждено уже три уголовных дела. По остальным принимаются решения. И на данный момент в проработке ещё порядка 15 перспективных материалов. По каким-то надеемся, что будут уголовные дела, где-то удастся добиться возмещения ущерба.Например, выявили одного человека, который вывел достаточно большое количество активов из атомной отрасли. В результате профилактической беседы он изъявил желание всё возвратить.Также возвращаем объекты интеллектуальной собственности. Приведу конкретный пример. Наши сотрудники установили, что в рамках финансирования НИОКР в компании ООО СПИН (структура входила через несколько других структур в контур Росатома, учредителем было общество Атом-инновации) отдельные граждане оформили на себя любимых патент на разработку, которая финансировалась по госконтракту. И опять же в результате проведённых нами мероприятий сотрудники тоже изъявили желание добровольно всё отдать.Кроме того, проведена очень тщательная проверка по РосРАО. Там были выявлены серьёзные нарушения, материалы также направлены для юридической оценки в правоохранительные органы. Были сняты с должностей ряд руководителей. Но это не победные реляции. Проблем больше, чем успехов. Бывшего заместителя гендиректора Росатома Евгения Евстратова 20 июля арестовали по уголовному делу. Это ведь стало, в том числе, результатом вашей работы? Можете раскрыть детали? Мы не комментируем ход следствия или конкретные следственные действия, так как не вправе это делать. Но отмечу, что действительно многие материалы по деятельности данной группы лиц там не один Евстратов по делу проходит были собраны нами и инициативно переданы правоохранительным органам. В рамках этого дела мы оказывали и будем оказывать всяческую помощь следствию. Более того, мы в целом постоянно активно сотрудничаем с правоохранительными органами.Могу сказать также, что 25 июня завершена комплексная проверка дирекции по ядерной и радиационной безопасности (её курировал Евстратов прим. ред.) и организаций, которые ей подконтрольны. Нами было выявлено значительное количество нарушений. Только в правоохранительные органы уже направлено семь материалов для принятия решения в соответствии с существующим законодательством. Кроме прямых обращений, какие методы вы используете для получения информации по злоупотреблениям? Данные поступают по горячей линии департамента внутреннего контроля и аудита. У нас есть страничка на сайте госкорпорации, куда приходят сообщения. Кроме того, мы ежедневно мониторим СМИ и Интернет, выезжаем на предприятия, проводим внеплановые проверки. Наши сотрудники входят в состав различных экспертных советов, в комиссии по организации закупочной деятельности. То есть вы осуществляете контроль на всех наиболее коррупционногенных этапах деятельности? Совершенно верно. Через нас, в том числе, проходит согласование кандидатов на определённые должности людей. Мы через свои каналы проверяем их перед назначением на предмет компрометирующих материалов. А при работе в конкурсных комиссиях отдельных руководителей проверяем на предмет их аффилированности с теми структурами, которые выиграли конкурс. Надо сказать, что такие случаи встречаются нередко.Мы также проводим антикоррупционную экспертизу различных договоров и соглашений, выявляем таким образом риски потери активов. И примерно каждое двадцатое или тридцатое соглашение, которое проходит через нас, по тем или иным причинам отклоняем, предлагаем внести туда какие-то изменения. Допустим, вы выявили факт коррупции и нашли виновного. Можно ли решить вопрос без привлечения органов? Это исключено. Мы не можем нарушать действующее законодательство и заниматься укрытием преступлений. Конечно, бывает, что по какой-то ситуации мы обращаемся к конкретному человеку с предложением возместить ущерб, он это делает, и факты таковы, что в рамках действующего законодательства мы можем ограничиться какими-то мерами на уровне госкорпорации. Тогда нет необходимости направлять материалы в правоохранительные органы. Но не надо тешить себя иллюзиями, что можно наворовать, покаяться, всё вернуть и остаться честным человеком. Так не бывает, все должны это чётко понимать. Ещё какие-то крупные проверки вы сейчас проводите? Да, мы работаем и по другим направлениям. Идут проверки по многим крупным предприятиям, но раскрывать названия я не готов. Все направления деятельности, где возможны проявления коррупции, попадают в зону нашего пристального внимания и должны регулярно проверяться. Это те сегменты, по которым идёт большой объём инвестиций, строительство и закупки например, а также внешне-экономическая деятельность, проблема контрафактной продукции.Ещё один тяжелейший участок работы интеллектуальная собственность. К сожалению, люди сегодня зачастую достаточно вольно относятся к ней. Важная составляющая нашей работы коммерческая тайна. Отмечу, что в ряде стран за распространение коммерческой тайны грозят большие сроки, до 10 лет. У нас пока значительно меньше. И руководители, сотрудники на местах иногда к этому подходят несерьёзно. Как будет идти организационное развитие управления? Сейчас у нас в управлении четыреотдела:информационно-аналитический,экономической безопасности,антикоррупционной деятельности,организации режима коммерческой тайны. В июле подписан приказ о создании отдела мониторингаактивов.Учитывая, что деятельность по защите активов должна координироваться не только госкорпорацией, но и предприятиями, мы способствуем созданию соответствующих подразделений в организациях отрасли.К сожалению, некоторые руководители на местах живут ещё по старым меркам и думают, что им это не нужно. На мой взгляд, в таком случае самое главное чтобы эти руководители понимали меру своей ответственности. Как идёт подбор специалистов в управление? В силу специфики работы прежде всего к нам поступают вышедшие в отставку сотрудники правоохранительных органов: ФСБ, МВД, прокуратуры и следственного комитета. Критерии отбора опыт работы, профессионализм, порядочность и грамотность. И, безусловно, все сотрудники проходят соответствующую проверку. Есть для вас разница между проверкой по факту с участием крупного должностного лица и ситуацией с рядовыми сотрудниками? Вы такие случаи как-то разделяете? Мы с самого начала стали вести работу, невзирая на должности, на заслуги, на высокие посты. И материалы, о которых я говорил выше, истории не про рядовых несунов или воришек. Хотя всё важно, мелочей в этой работе нет. Любой случай должен рассматриваться, даже если похищена тонна цемента.Но у нас нет табу и на самых высоких лиц. Собственно, та беспрецедентная комплексная проверка департамента ЯРБ по указанию генерального директора госкорпорации далеко не случайна. Видно было, что там узкое место. К проверке привлекались представители многих департаментов, что позволило да, к сожалению, но это факт выявить значительное количество серьёзных недостатков. Как вы считаете, в целом удаётся госкорпорации противостоять коррупции и злоупотреблениям? Росатом, на мой взгляд, сегодня демонстрирует всем, что отрасль способна к самоочищению, что мы можем сами выявлять коррупционеров и проводить профилактику.Надо понимать также, что с активизацией работы Росатома на международной арене вопрос борьбы с коррупцией становится ещё более важным. Наши зарубежные партнёры очень внимательно смотрят на коррупционную составляющую. Но это не значит, что мы должны что-то замалчивать. Чтобы снизить репутационные риски, необходимо вести активную работу, которую видели бы и партнёры.Юлия ГИЛЁВА,Страна РОСАТОМСПРАВКАЕвгений Евстратов был задержан 19 июля у себя дома в Москве. На следующий день следственная часть главного управления МВД по Центральному федеральному округу (ГУ МВД по ЦФО) обратилась в суд с ходатайством об аресте бывшего замглавы Росатома. 20 июля Останкинский суд столицы постановил заключить его под стражу до конца августа.По версии следствия, в период работы в Росатоме Евгений Евстратов организовал и возглавил преступную группу, которая занималась хищениями из бюджета госкорпорации. Обвинение предъявлено по части четвёртой статьи 159 УК РФ (мошенничество, совершённое организованной группой, в особо крупном размере). Сам он вину не признаёт.Речь идёт о хищении почти 50 млн рублей, предназначенных для выполнения научно-исследовательских работ. Следствие считает, что мошенники скачивали из Интернета материалы чужих публикаций и выдавали их за свои, кладя в карман денежные средства, выделенные на НИР. В деле приводится два эпизода.Эпизод первый: петербуржское ФГУП Аварийно-технический центр Минатома России (АТЦ) заказал некие исследования находящемуся в Москве ФГУП Центр ядерной авиационной безопасности (ЦЯАБ). В итоге были обналичены и присвоены 22 млн рублей, поступившие за взятые в Интернете сведения из чужих диссертаций и проектов.Эпизод второй: ещё 23 млн рублей АТЦ якобы заплатил за научные разработки частной фирме, имевшей лицензию только на изготовление компакт-дисков. Руководителей АТЦ и ЦЯАБ Виктора Стовбура и Сергея Казакова задержали, но учитывая их сотрудничество со следствием, отпустили под подписку о невыезде.Кроме того, Евгений Евстратов проходит фигурантом по ещё одному уголовному делу, возбуждённому в августе 2010 года. На сей раз проверяются подозрения о хищении 60 млн рублей, выделенных госкорпорацией на строительство в Мурманской области двух объектов утилизации отработанного ядерного топлива для Атомфлота. На бумаге деньги освоены, но в реальности объектов не существует. По подозрению в причастности к исчезновению средств ранее было задержано несколько должностных лиц, в том числе начальник отдела департамента капитального строительства Росатома Сергей Колобаев.

Источник: http://strana-rosatom.ru/publications/read/639